Теория большого взрыва 4 сезон 14 серия

Шелдон проводит университетское занятие и уверен, что студенты должны ценить возможность слушать его объяснения. Он подробно излагает материал, но сопровождает рассказ снисходительными замечаниями и плохо учитывает реакцию аудитории. Слушатели отвечают сообщениями в интернете, которые быстро находят Леонард, Говард и Радж. Друзья читают отзывы и понимают, насколько тяжело студентам выдерживать лекцию. Сам Шелдон возвращается домой довольным и совсем не ожидает критики. Когда ему показывают отклики, он искренне удивляется. Для него хорошее знание предмета должно было автоматически сделать занятие успешным. Эми предлагает разделить содержание и способ подачи. Она считает, что актёрские упражнения помогут лучше удерживать внимание и понятнее выражать мысли перед людьми. Шелдон обращается за уроками к Пенни, хотя не скрывает привычного скептического отношения к её профессии. Пенни соглашается помочь и начинает с простых заданий на воображение и импровизацию. Требуется принять вымышленную ситуацию и действовать внутри неё, не исправляя каждую условность. Но Шелдон постоянно спорит с исходными обстоятельствами, ищет научные ошибки и пытается заменить предложенное упражнение более логичным. Пенни приходится снова объяснять, что задача заключается не в проверке фактов. Чем дольше продолжается урок, тем труднее ей сохранить терпение. Для следующего занятия Шелдон приносит собственный текст по мотивам «Звёздного пути», написанный ещё в детстве. Ему кажется, что знакомая история позволит лучше справиться с ролью. Пенни берётся разыграть сцену вместе с ним и постепенно вовлекает его в происходящее. Но упражнение неожиданно затрагивает переживания, связанные с матерью. Шелдон перестаёт рассуждать со стороны и настолько погружается в ситуацию, что начинает плакать. Теперь Пенни нужно уже не объяснять актёрские приёмы, а успокаивать взрослого ученика. Радж тем временем получает несколько добрых слов от Бернадетт. Она хочет поддержать его и уверить, что одиночество не означает отсутствия привлекательности. Однако Радж воспринимает обычное участие как основание для надежды. Он начинает представлять обстоятельства, при которых мог бы оказаться с девушкой лучшего друга, не чувствуя себя предателем. В одной фантазии Говард уезжает надолго и сам просит заботиться о Бернадетт. В другой страшное происшествие позволяет ему передать эту просьбу как последнее желание. Каждая новая история делает невозможное всё более удобным для Раджа. Наконец он воображает прямой разговор с Бернадетт, который превращается в музыкальную сцену с танцами. Пока Шелдон неожиданно обнаруживает слишком сильные чувства внутри выдуманного эпизода, Радж всё дальше уходит от реальных отношений в собственные фантазии, где заранее получает желанное разрешение друга.